Евгений Ложкин поговорил с Оксаной Мищенко, представителем компании Люмарх, о дебюте бренда в Петербурге, работе с нержавеющей сталью, собственном производстве и планах запустить более прикладную линию домашнего освещения.

— Расскажите подробнее про выставку. Насколько нам известно, это уже не первое ваше появление на офлайн-мероприятиях.

Это наш дебют в Санкт-Петербурге. В Москве у нас было первое высказывание на «Артдоме». К тому моменту мы подготовили и выпустили коллекцию из 11 объектов, сейчас здесь представлено 10.

Многие объекты созданы в коллаборации с художниками, которые захотели войти с нами в этот эксперимент. В итоге мы выделили это в первое направление: световые объекты коллекционного типа, тираж каждого составляет 10 экземпляров.

Дальше планируем открыть второе направление. Это будут не менее интересные, но чуть более упрощённые варианты дизайнерского домашнего освещения, тоже из нержавеющей стали и металла.

— Почему именно металл? Есть ли у этого выбора более глубокая история?

Мы очень любим нержавеющую сталь. В рамках первого направления хотелось подкрепить это желанием работать с материалом и уважением к нему.

Иногда мы сами наносим фактуру: делаем сатинацию, вибрационную шлифовку, а не покупаем готовый материал. Это интересно, потому что появляются разные блики и разное визуальное восприятие поверхности.

— Весь производственный цикл изделий вы закрываете сами, внутри «Архитекции»?

В рамках этой коллекции да. Идея приходит от художника, дальше идут инженерная проработка, промышленный дизайн, сварка, электротехника, небольшие сборки, даже 3D-печать. Наше производство позволяет закрыть фактически весь цикл.

— На стенде представлены и шлифованные, и полированные изделия. Насколько сложна работа с такими поверхностями?

Многие предметы при внешней простоте содержат большое внимание к деталям. Мы этим гордимся, это одна из наших сильных сторон.

Наличие собственного производства очень важно, потому что обеспечивает бесперебойность. Когда мы максимально завязаны на себя, мы точно понимаем сроки, качество и стоимость.

— С самим светом вы тоже работаете? Например, с подбором сценариев освещения?

Да, у нас есть пожелания от автора по настройке сценария освещения. Кто-то хочет разные оттенки белого, кто-то просит цветное свечение, тогда появляются цветовые сценарии.

Например, с бюро Working Knowledge у нас есть объект со SPI-протоколом, где заложено около 150 вариантов освещения, управляемых через приложение.

— Это объект Architectural Lighting Form №1?

Да. В нём есть холодное свечение, медленные переливы, можно контролировать скорость анимации: делать её быстрее или медленнее. Всего доступно около 150 вариантов.

Есть интересный эффект, похожий на окна небоскрёба. Форма объекта как раз вдохновлена небоскрёбом. Дизайнеры часто любят переосмыслять городскую архитектуру.

— Чем был обусловлен выбор художников и дизайнеров для первой коллекции?

Для первого проекта мы пригласили знакомых, с которыми уже работали в других направлениях и с которыми у нас сложились хорошие дружеские отношения. Они знали, что мы можем сделать качественно.

В основном это наши знакомые или люди, с которыми мы пересекались в архитектурной среде. В следующем году планируем провести open call и пригласить к сотрудничеству тех, с кем ещё не успели поработать.

— Кто отвечал за архитектуру стенда: ваша команда или сторонний дизайнер?

У нас есть арт-директор Юлия Хомутская. Она отвечала за всю арт-составляющую: стенд, второе направление и презентацию материала.

Изначально стенд делали ребята из RMMSH, а Мария Цахариас придумала конструкции кубов. Тогда был высокий контраст между бордовым и фисташковым. Для Port Art Fair, уже в рамках темы ярмарки «бланк», Юлия Хомутская всё переосмыслила. При том что это переиспользование тех же конструкций, стенд смотрится совершенно по-другому.

— В этом есть и экологическая логика?

Да. Мы расстраиваемся, когда изделия после мероприятий уходят на склад или сразу на свалку. Поэтому решили по возможности переиспользовать конструкции и бережно относиться к материалу.

— Кто сегодня целевая аудитория Люмарх? Это дизайнеры, B2B-сегмент, коллекционеры?

У нас есть и коллекционеры, и B2B-аудитория. Есть интерес со стороны офисов, бутиков, ресторанов. Также объекты покупают для частных интерьеров: этот индустриальный, брутальный стиль часто рассматривают и для домашних пространств.

Были запросы и на уличное кастомное освещение вне коллекции. Поэтому в будущем мы тоже будем рассматривать это направление.

— Какое сейчас соотношение между B2B и B2C?

Сейчас больше интереса со стороны частных интерьеров, где объект рассматривают как коллекционную единицу, вокруг которой можно выстроить пространство.

Наши объекты достаточно характерные и яркие, их не всегда легко вписать в уже готовый интерьер. Но на начальной стадии проекта люди могут искать точку притяжения, которая задаст тон всей комнате: как тему для разговора, как повод для размышления.

Через пару месяцев мы анонсируем второе направление. А раз в год планируем проводить open call и приглашать художников к сотрудничеству.