5 Green Bottles: как шахта автомобильного лифта стала баром

Бетон и брутальные текстуры остались открытыми, а дальше в дело вступили материалы, которые обживают этот индустриальный каркас, и мебель, которая отвечает на его условия почти буквально.

Стены закрыли штукатуркой медного оттенка. Рядом с холодным бетоном и металлом ей отведена роль теплового акцента. Потолок отделали металлическими панелями: приём, который в офисных интерьерах девяностых читался как экономия, здесь работает по-другому. Панели отражают свет и визуально поднимают невысокое подвальное помещение. Технический изъян превращается в деталь, и этот же приём дальше повторяется в мебели.

Комод, который держит барную стойку

Комод у барной стойки выполнили из шпона белого ясеня, тонировали морилкой и покрыли прозрачным акриловым лаком. Верхнюю часть усилили отдельно: именно на комод опирается подвесная барная стойка у окна, и стандартная конструкция тумбы такую нагрузку бы не выдержала.

Сама стойка устроена сложнее, чем кажется по фото. Каркас из берёзовой фанеры оклеен шпоном сапеле в естественном цвете и покрыт тем же прозрачным лаком, а столешница внутри полая: через неё проходит проводка к комоду.

Стул, который нашли за три попытки

У барного стула массив сапеле и акриловый лак сверху, но окончательный угол наклона ножек нашли не за столом дизайнера, а через три прототипа из берёзы. Каждый собирали заново, пока результат не устроил одновременно заказчика и архитектора.

Диван, который строили вместе с колонной

Каркас круглого дивана вокруг колонны выполнили из стального профиля и монтировали одновременно с самой колонной, ещё до облицовки декоративным кирпичом: мебель и архитектура строились как один объект. Сиденье из фанеры со шпоном сапеле обили подушками из натуральной кожи, а сверху колонну укрыли цилиндрическими подушками.

Столы, которые выклеивали вручную

У столов, в отличие от остальной мебели, инженерия уступила место ручной работе. Каркас из МДФ облицевали окрашенным шпоном эвкалипта, но неровную фактуру шпона в мастерской Eichel Gallery решили не пускать под пресс: под давлением рисунок текстуры теряется, а дизайнер настаивала сохранить его живым. Шпонировали вручную, отказавшись от техники, которая как раз для того и существует, чтобы ускорить процесс.

Патина, которая тоже стала материалом

В баре есть и вещи с собственной историей, не сделанные под проект: винтажные стулья Арне Якобсена первого издания в родном некрашеном цвете, найденные на блошином рынке в Париже, и светильники в духе 1950-х, привезённые из Австралии. Патина этих находок стала частью материальной палитры бара наравне с новым деревом и металлом. Тот же принцип держит и башню для розлива пива: её краны получили ручки из мрамора, редкий случай, когда утилитарную деталь закрыли дорогим тактильным материалом вместо пластика по умолчанию.

В этом и есть внутреннее напряжение проекта. Пространство требовало точного инженерного расчёта: нагрузки, проводки, крепления к колонне. Но там, где тот же расчёт грозил убить фактуру материала или патину найденной вещи, от техники осознанно отказывались в пользу руки. Бар получился не про мебель, расставленную в готовом интерьере, а про интерьер, который дособирали вместе с ней, узел за узлом.